В центре обсуждения - тексты Александра Грина "Крысолов" и "Фанданго". Ведущий гостиной Павел Прохоренко предложил рассмотреть творчество Грина в контексте уже прочитанного и определить ему место в своем читательском сознании. Возникли имена Гофмана, Кафки, Бальзака, кого-то еще, и тут возник первый сюжет для спора: как читать текст? Один способ - резонансное чтение, "коллажное", когда текст постоянно отсылает к другим текстам, аналитически разлагается на составляющие и сигнализирует жанровой принадлежностью. Другой способ - очароваться текстом, довериться ему, скользить вместе с героем в водовороте образов.
Тем более, что гриновские тексты пронизаны темами лабиринта, двоемирия, тайны, мерцания сна и яви. Даже жанр превращается на глазах - в "Крысолове" он вначале по-достоевски реалистичен, потом гипнотизирует сюрреалистическими образами и в конце становится сказкой.
Персонажи Грина попадают в сложное многомерное пространство, в котором сходятся, переплетаясь, несколько реальностей. Герой "Крысолова", к примеру, находится в постоянном переходе от болезненной бессознательности к голодному бреду, от кристальной ясности мысли к провалам в памяти и восстановлению произошедших с ним событий как-бы наблюдая за собой со стороны. И, поддерживая эту игру, мир вертится вокруг него, подставляя то одно, то другое свое лицо.
Субъект скользит от образа к образу и неизвестно где окончательная реальность. Так и читатель Грина то проваливается в его мир, захваченный фасцинативными превращениями, то пробирается сквозь структуры текста, следя за узлами его смыслов.
Когда герой заканчивает свою историю, остается ли он в стихии воображения, перекраивающего мир по-своему, или, очнувшись, всматривается в привычное окружающее и соглашается с ним?
Показаны сообщения с ярлыком ИС. Показать все сообщения
Показаны сообщения с ярлыком ИС. Показать все сообщения
воскресенье, 7 ноября 2010 г.
Семинар "Философия науки", 20 октября 2010 г.
Прошло первое заседание семинара "Философия науки". В программе лекция Д. Р. Яворского "История маятника в социокультурном контексте".
Основные мысли лекции я понял следующим образом:
Современные дискуссии в философии науки основаны в 50 – 60 гг. и связаны с появлением двух работ: К. Поппера «Логика научного исследования» и Т. Куна «Структура научных революций». В этих философских трудах обозначены основные идеи связанные с критикой «кумулятивизма» характеризуемого тем, что историческое развитие знания происходит путем постепенного добавления новых положений к накопленной сумме истинных знаний. Этой установки кумулятивизма противостоит взгляд на науку как смена знаний, смена парадигмы, или эпистемы, а это означает, что научное знание меняется в зависимости от той научной программы, которая определяет научный поиск. Причём парадигма определяется не столько временем, сколько научными сообществами, которые договариваются по поводу принятых научных понятий и категорий. Т. о. это релятивизирует научное знание, делая его относительным, так как неизвестно какая научная теория более истинная, поэтому уже П. Фейерабенд разрабатывает теорию «эпистемалогического анархизма». Не мало важным в развитии философии науки было влияние «экстернализма» делающего упор на внешнее воздействие в развитии наук, для которого предопределяющими факторами являются экономический и технический базисы, всё это вышло из теории «линейного детерминизма». И хотя концепция экстернализма берёт своё начало в марксизме, она имеет более широкую и неоднозначную интерпретацию у неомарксистов связанную с их пониманием насилия как отождествление не тождественного. Подобными надындивидуальными факторами интересовались и структуралисты с их принципом «структурного изоморфизма» для которых культура это совокупность структур (мифических, языковых, ритуальных и т. д.) подчиняющая своим структурным законам. В этой парадигме мышления исследователь имеет дело с «культурными кодами» которым подчиняется общество и сам исследователь изучающий это общество.
Из этого делается вывод о том, что многие учёные, заложившие основы научного метода (Ньютон, Галилей), находились под влиянием определённых философских идей своей культурной среды. Они не только занимались тем, что сейчас называется «чистой наукой», но также решали теологические и мировоззренческие вопросы, что нашло отражение в их работах. Поэтому сейчас, изучая рукописи известных мыслителей заложивших основы современного мировоззрения, можно реконструировать тот тип рассуждения, который обнаруживает их политическую, идеологическую и религиозную принадлежность. Выражаясь языком постструктуралистской методологии с их времени начинается «натуралистический дискурс». Вернее было бы сказать, что он оформился в Новое Время, но предпосылки уже имелись задолго до появления механики Ньютона и системы Галилея. Для людей XVI-XVIII вв. охваченных религиозными войнами вера уже не являлась универсальным основанием, поэтому в силу нарастающего поиска естественного знания такой основой становиться природа как совокупность сущего. Если для средневекового мира вера это то, что объединяло, а природа это то, что разъединяло людей, то начиная с Нового времени эти концепты меняются местами, мир уже не центрировался географически вокруг «Святых мест», монастыря или церкви, а изображался в совокупности природных объектов, поэтому натуралистический дискурс начинается со специфики изображения географических карт. В это же время появляется интерес к маятнику как средству хронометрии. Изобретаются часы на основе маятника способные сбалансировать временные и астрономические параметры. Из этого делается предположение, что Галилей и Югенс были родоначальниками феномена универсального времени. Поэтому на вопрос о том, почему этот тип хронометража прижился следует ответ, что он входит в натуралистический дискурс. Таким образом, время на основе маятника становиться машиной синхронизации задающей ритм мировым процессам.
А. Ахмедов
Основные мысли лекции я понял следующим образом:
Современные дискуссии в философии науки основаны в 50 – 60 гг. и связаны с появлением двух работ: К. Поппера «Логика научного исследования» и Т. Куна «Структура научных революций». В этих философских трудах обозначены основные идеи связанные с критикой «кумулятивизма» характеризуемого тем, что историческое развитие знания происходит путем постепенного добавления новых положений к накопленной сумме истинных знаний. Этой установки кумулятивизма противостоит взгляд на науку как смена знаний, смена парадигмы, или эпистемы, а это означает, что научное знание меняется в зависимости от той научной программы, которая определяет научный поиск. Причём парадигма определяется не столько временем, сколько научными сообществами, которые договариваются по поводу принятых научных понятий и категорий. Т. о. это релятивизирует научное знание, делая его относительным, так как неизвестно какая научная теория более истинная, поэтому уже П. Фейерабенд разрабатывает теорию «эпистемалогического анархизма». Не мало важным в развитии философии науки было влияние «экстернализма» делающего упор на внешнее воздействие в развитии наук, для которого предопределяющими факторами являются экономический и технический базисы, всё это вышло из теории «линейного детерминизма». И хотя концепция экстернализма берёт своё начало в марксизме, она имеет более широкую и неоднозначную интерпретацию у неомарксистов связанную с их пониманием насилия как отождествление не тождественного. Подобными надындивидуальными факторами интересовались и структуралисты с их принципом «структурного изоморфизма» для которых культура это совокупность структур (мифических, языковых, ритуальных и т. д.) подчиняющая своим структурным законам. В этой парадигме мышления исследователь имеет дело с «культурными кодами» которым подчиняется общество и сам исследователь изучающий это общество.
Из этого делается вывод о том, что многие учёные, заложившие основы научного метода (Ньютон, Галилей), находились под влиянием определённых философских идей своей культурной среды. Они не только занимались тем, что сейчас называется «чистой наукой», но также решали теологические и мировоззренческие вопросы, что нашло отражение в их работах. Поэтому сейчас, изучая рукописи известных мыслителей заложивших основы современного мировоззрения, можно реконструировать тот тип рассуждения, который обнаруживает их политическую, идеологическую и религиозную принадлежность. Выражаясь языком постструктуралистской методологии с их времени начинается «натуралистический дискурс». Вернее было бы сказать, что он оформился в Новое Время, но предпосылки уже имелись задолго до появления механики Ньютона и системы Галилея. Для людей XVI-XVIII вв. охваченных религиозными войнами вера уже не являлась универсальным основанием, поэтому в силу нарастающего поиска естественного знания такой основой становиться природа как совокупность сущего. Если для средневекового мира вера это то, что объединяло, а природа это то, что разъединяло людей, то начиная с Нового времени эти концепты меняются местами, мир уже не центрировался географически вокруг «Святых мест», монастыря или церкви, а изображался в совокупности природных объектов, поэтому натуралистический дискурс начинается со специфики изображения географических карт. В это же время появляется интерес к маятнику как средству хронометрии. Изобретаются часы на основе маятника способные сбалансировать временные и астрономические параметры. Из этого делается предположение, что Галилей и Югенс были родоначальниками феномена универсального времени. Поэтому на вопрос о том, почему этот тип хронометража прижился следует ответ, что он входит в натуралистический дискурс. Таким образом, время на основе маятника становиться машиной синхронизации задающей ритм мировым процессам.
А. Ахмедов
Семинар "Философия искусства" (Литературная гостиная), 13 октября 2010 г.
Роман О. де Бальзака "Блеск и нищета куртизанок" представила к.ф.н., доцент кафедры философии ВолГУ Л.В. Белянская. Тема доклада: «Куртизанки в маскараде, люди в мире капитала»
Удивляет то, что современные читатели Бальзака не видят в нём великого реалиста или романтика, тем более не видят в нём обличителя капиталистических отношений буржуазного общества XIX в., а видят обычного, может быть даже салонного писателя, который рассказывает о балах, этикете и интрижках внутри светского общества. Видимо стоило такое ожидать в силу внутренних запросов современного общества, умы которых заняты гламуром жёлтой прессы. Возможно наше прочтение тоже изобилует субъективностью, но всё таки наша пристрастность связана с интенцией на эпоху, когда литература учиться описывать быт и нравы не столько для того, чтобы раскрыть весь блеск былой поры, сколько не давая собственных суждений, дать читателю возможность самому сделать выводы по поводу описываемых событий, вещей, мужчин и женщин. Поэтому нас, под руководством Ларисы Владимировны Белянской, интересовала литература и время в котором творил Бальзак, хотя те кто читал роман «Блеск и нищета куртизанок» не могли не очароваться и тем глянцем светской жизни, которую так великолепно описал великий художник.
Важно было говорить не об ужасах «загнивающего капитализма» с излишним натурализмом, а о выразительных средствах, образах и символах и даже кодах, использовавшихся Бальзаком, которые можно расшифровать через марксистскую установку или провести параллели с основными категориями и мотивами книги «Экономическо-философских рукописей 1844 г.» К. Маркса написанными в одно время. По поводу пересечения литературы и политики есть известная статья Н. Лившица «Художественный мир Бальзака».
Среди проблем встречающихся у К. Маркса это отчуждение, а также отчуждение человека от самого себя. Основная тема «рукописей 1844 г.» это вопрос о том, как сделать, чтобы человек не был отчуждён от своей собственной сущности, т. е человек в качестве трудящегося становиться товаром и перестаёт воспринимать себя творческой и свободной личностью.
В художественной форме, но уже без философских категорий, и конечно же без марксистской терминологии, мы находим это и у О. Бальзака. У великого реалиста это выражено в символике маскарада и театра. В его произведениях очень многое посвящено театру и основные сюжеты связаны с масками, переодеваниями, переменами имени и прочими прятками в которые играют люди. (Здесь не возможно не вспомнить М. Бахтина и хочется провести параллели через его концепцию).
О. Бальзак обличает двуличность и трагизм власть имущих, связавших свои жизни и человеческое достоинство не только с капиталом, но и с развращённостью царившие в светском обществе. Он великолепно показал людей попадающих в отчуждённое общество, которое способно сломить и покалечить даже самые великие их стремления, заставляя подчиняться одинаковым капризам и мотивам. Роман Бальзака достаточно актуальное явление и для XXI века особенно в условиях тотальности потребительской цивилизации и о том «восстании масс» о которых часто говорят вопиющие в пустыне.
А. Ахмедов
Удивляет то, что современные читатели Бальзака не видят в нём великого реалиста или романтика, тем более не видят в нём обличителя капиталистических отношений буржуазного общества XIX в., а видят обычного, может быть даже салонного писателя, который рассказывает о балах, этикете и интрижках внутри светского общества. Видимо стоило такое ожидать в силу внутренних запросов современного общества, умы которых заняты гламуром жёлтой прессы. Возможно наше прочтение тоже изобилует субъективностью, но всё таки наша пристрастность связана с интенцией на эпоху, когда литература учиться описывать быт и нравы не столько для того, чтобы раскрыть весь блеск былой поры, сколько не давая собственных суждений, дать читателю возможность самому сделать выводы по поводу описываемых событий, вещей, мужчин и женщин. Поэтому нас, под руководством Ларисы Владимировны Белянской, интересовала литература и время в котором творил Бальзак, хотя те кто читал роман «Блеск и нищета куртизанок» не могли не очароваться и тем глянцем светской жизни, которую так великолепно описал великий художник.
Важно было говорить не об ужасах «загнивающего капитализма» с излишним натурализмом, а о выразительных средствах, образах и символах и даже кодах, использовавшихся Бальзаком, которые можно расшифровать через марксистскую установку или провести параллели с основными категориями и мотивами книги «Экономическо-философских рукописей 1844 г.» К. Маркса написанными в одно время. По поводу пересечения литературы и политики есть известная статья Н. Лившица «Художественный мир Бальзака».
Среди проблем встречающихся у К. Маркса это отчуждение, а также отчуждение человека от самого себя. Основная тема «рукописей 1844 г.» это вопрос о том, как сделать, чтобы человек не был отчуждён от своей собственной сущности, т. е человек в качестве трудящегося становиться товаром и перестаёт воспринимать себя творческой и свободной личностью.
В художественной форме, но уже без философских категорий, и конечно же без марксистской терминологии, мы находим это и у О. Бальзака. У великого реалиста это выражено в символике маскарада и театра. В его произведениях очень многое посвящено театру и основные сюжеты связаны с масками, переодеваниями, переменами имени и прочими прятками в которые играют люди. (Здесь не возможно не вспомнить М. Бахтина и хочется провести параллели через его концепцию).
О. Бальзак обличает двуличность и трагизм власть имущих, связавших свои жизни и человеческое достоинство не только с капиталом, но и с развращённостью царившие в светском обществе. Он великолепно показал людей попадающих в отчуждённое общество, которое способно сломить и покалечить даже самые великие их стремления, заставляя подчиняться одинаковым капризам и мотивам. Роман Бальзака достаточно актуальное явление и для XXI века особенно в условиях тотальности потребительской цивилизации и о том «восстании масс» о которых часто говорят вопиющие в пустыне.
А. Ахмедов
Внеочередной семинар 8 октября.
8 октября в ВолГУ состоялась встреча с Романом Анатольевичем Ромашовым - доктором юридических наук, профессором, Заслуженным деятелем науки РФ, начальником Самарского юридического института ФСИН России. Семинар был организован импровизированно, гость приехал ненадолго и его желание выступить было сюрпризом, поэтому времени на рекламу было мало и семинар прошел в сравнительно узком кругу.
Р.А. работает в нечастом для юриста жанре академической провокации. В своем выступлении он, по сути, предпринял попытку наметить концептуальное поле философии права, используя довольно продуктивный прием - оперирования парными категориями и рассмотрения "синонимов как антонимов". Он выделил три базовые пары:
1) Свобода/воля. Свобода определяется как союз равных, основанный на договоре; воля - как произвол, не имеющий границ.
2) Богатство/капитал. Богатство - это статичный набор ресурсов, капитал - воспроизводство, толкающее к развитию.
3) Власть/управление. По существу, эта пара была сведена соответственно к сетевому и иерархическому принципам организации. По мнению лектора, примером сетевой организации государства является федерализм. Было высказано мнение, что именно сетевой подход к управлению является условием выживания российской государственности.
Выступление гостя было выдержано скорее в духе импрессионизма, чем строгой научности. Попутно была затронута масса разнообразных тем и высказан ряд интересных соображений (например, о параллелизме лозунгов "Свобода, равенство, братство" и "Мир, труд, май"; я высказал догадку, что в последнем случае слово "май" замещает собой слово "страх").
Большое спасибо всем, кто смог принять участие в дискуссии.
Юрий Ветютнев
Р.А. работает в нечастом для юриста жанре академической провокации. В своем выступлении он, по сути, предпринял попытку наметить концептуальное поле философии права, используя довольно продуктивный прием - оперирования парными категориями и рассмотрения "синонимов как антонимов". Он выделил три базовые пары:
1) Свобода/воля. Свобода определяется как союз равных, основанный на договоре; воля - как произвол, не имеющий границ.
2) Богатство/капитал. Богатство - это статичный набор ресурсов, капитал - воспроизводство, толкающее к развитию.
3) Власть/управление. По существу, эта пара была сведена соответственно к сетевому и иерархическому принципам организации. По мнению лектора, примером сетевой организации государства является федерализм. Было высказано мнение, что именно сетевой подход к управлению является условием выживания российской государственности.
Выступление гостя было выдержано скорее в духе импрессионизма, чем строгой научности. Попутно была затронута масса разнообразных тем и высказан ряд интересных соображений (например, о параллелизме лозунгов "Свобода, равенство, братство" и "Мир, труд, май"; я высказал догадку, что в последнем случае слово "май" замещает собой слово "страх").
Большое спасибо всем, кто смог принять участие в дискуссии.
Юрий Ветютнев
Интеллектуальные среды.
Научно-исследовательское общество «Интеллектуальные среды» - это действующий на общественных началах академический проект профессоров, аспирантов и студентов Волгограда, посвятивших себя гуманитарным наукам. Цель проекта - формирование интеллектуальной среды в городе.
Проект «Интеллектуальные среды» стал продолжением деятельности межвузовского городского Методологического Семинара по гуманитарным наукам, основанного учеными Волгоградского государственного университета, Волгоградской академии государственной службы и Волгоградского педагогического университета. Основатели никогда не стремились к искусственному увеличению количества участников, считая что настоящая интеллектуальная среда в научной сфере принципиально отличаются от рыночной среды тем, что она не требует маркетинга и рекламы. В последнее время интерес к серьезному научному общению заметно вырос. После проведения ежегодного Круглого Стола Методологического Семинара (Волгоград, май 2006) и Летней Методологической Школы (Крым, август 2006) стало понятно, что аудитория уже не вмещается в существующие формы семинара. Поэтому был открыт этот проект.
Проект «Интеллектуальные среды» - это попытка возродить традиционный университетский принцип живого, не формализованного общения студентов и профессоров. Словом «universitas» обозначалась общая корпорация студентов и преподавателей, где иерархии определялись не должностями, а интеллектуальным вкладом членов корпорации. Реализация этого принципа сегодня – это свобода мнений и свобода участия в лекциях, семинарах и кружках. Посещение «Интеллектуальных сред» вольное, а право каждого желающего выступить по теме быть выслушанным непререкаемо. Это, конечно, создает трудности для академичного общения, но без этого такое общение вырождается в «пустой академизм». Смысл проекта - удержать внимание и интерес участников, опираясь только на слово. Если эта задача перестанет выполняться, то проект будет закрыт.
Несмотря на то, что этот проект ориентирован на студенческо-профессорскую аудиторию, он открыт для всех горожан, не чуждых интеллектуальному поиску.
Проект «Интеллектуальные среды» стал продолжением деятельности межвузовского городского Методологического Семинара по гуманитарным наукам, основанного учеными Волгоградского государственного университета, Волгоградской академии государственной службы и Волгоградского педагогического университета. Основатели никогда не стремились к искусственному увеличению количества участников, считая что настоящая интеллектуальная среда в научной сфере принципиально отличаются от рыночной среды тем, что она не требует маркетинга и рекламы. В последнее время интерес к серьезному научному общению заметно вырос. После проведения ежегодного Круглого Стола Методологического Семинара (Волгоград, май 2006) и Летней Методологической Школы (Крым, август 2006) стало понятно, что аудитория уже не вмещается в существующие формы семинара. Поэтому был открыт этот проект.
Проект «Интеллектуальные среды» - это попытка возродить традиционный университетский принцип живого, не формализованного общения студентов и профессоров. Словом «universitas» обозначалась общая корпорация студентов и преподавателей, где иерархии определялись не должностями, а интеллектуальным вкладом членов корпорации. Реализация этого принципа сегодня – это свобода мнений и свобода участия в лекциях, семинарах и кружках. Посещение «Интеллектуальных сред» вольное, а право каждого желающего выступить по теме быть выслушанным непререкаемо. Это, конечно, создает трудности для академичного общения, но без этого такое общение вырождается в «пустой академизм». Смысл проекта - удержать внимание и интерес участников, опираясь только на слово. Если эта задача перестанет выполняться, то проект будет закрыт.
Несмотря на то, что этот проект ориентирован на студенческо-профессорскую аудиторию, он открыт для всех горожан, не чуждых интеллектуальному поиску.
Подписаться на:
Сообщения (Atom)